— Ничего ужасного, — пожала плечами Трейси. — Разве вы не знаете, что умершие не своей смертью люди возвращаются к тем, кого считают виноватым, и пытаются отомстить?

— А разве в смерти Джуди кто-то виноват? — испуганно спросила Кейт.

— Кто его знает. Но ее дух бродит по особняку. Солнце высоко, становится душно. Пойдемте в дом.

— Нет, спасибо, я лучше тут посижу.

— Ах да, вы любите солнце. В Австралии сухо и солнечно?

— Да! И еще там есть крокодилы.

— Что вы говорите…

Трейси, не оглядываясь на Кейт, ушла в дом. Лишь только ее черное платье в стиле Шанель скрылось за дверью, Кейт схватилась за голову. Куда она сама себя втянула? В какую-то грязную историю с убийством молодой красивой женщины. Теперь еще этот призрак! Да она с ума сойдет, если ночью над ее изголовьем склонится Джуди и замогильным голосом попросит помочь отмстить убийце. Кому? Вряд ли водителю асфальтоукладчика, в который врезался ее кабриолет. Или она врезалась в дорожный отбойник? Или… Что же с ней произошло? Кейт попыталась найти причину, по которой с чистой совестью могла остаться в доме Макаллистеров. И чтобы эта причина не имела ничего общего с Мартином.

Это так, она сказала себе, на всякий случай, чтобы больше не сидеть перед ним с удивленным видом фарфоровой куклы, у которой в голове вместо мозгов механизм для хлопания длинными пушистыми ресницами.

Сейчас придет Маргарет, отведет ее в комнату, где можно в тишине подумать обо всем случившемся, и, если что, она запросто сбежит отсюда. Кейт встала и пошла к воротам, чтобы изучить пути отступления. Но сбегать ей совершенно не хотелось. Она понимала, что поступает не слишком хорошо, выдавая себя за подругу погибшей Джуди, но как это повлияет на жизнь семейства Макаллистер? Кому от этого будет плохо? Да никому Кейт не станет помехой. Дом у Макаллистеров большой, место живописное, ничего страшного не случится, если Кейт отдохнет здесь пару-тройку деньков. Все-таки есть в том, что письмо Джуди попало именно к ней, нечто мистическое. А вдруг она встретит в этой семье свою судьбу? Стоп! Вот этого не надо. Один к двумстам восьмидесяти пяти тысячам! Никаких шансов. Кейт согласна с математиком, и про любовь она знает исключительно из романов.