— Да. Уин сам написал, чтобы в случае, если тебе понадобится помощь, ты обратилась ко мне. Почему же ты так долго тянула с этим?

— Я не верю в предвидения. И мне не хотелось в это вмешиваться.

— Но теперь ты готова?

— Я хочу знать, кто убил моего отца.

Джеймс долго поедал её взглядом.

— Ты согласна идти на такой риск? Ведь тебя могут и убить. Может, лучше тебе вернуться домой и снова выйти замуж? Нарожать детишек, жить да радоваться. Тратить деньги, которые оставил тебе Уин, и не вспоминать прошлое.

— А за кого, по-вашему, мне выходить? За Мартина? Один раз это уже не выгорело.

— Значит, ты по-прежнему надеешься, чтобы кто-то решал твои проблемы за тебя? — Джеймс осуждающе покачал головой. — Лично мне глубоко наплевать, кем окажется твой избранник. Но одно я знаю наверняка: пока не поздно, позабудь о своем крестовом походе.

— Это не так просто.

— Не сомневаюсь, — согласился Маккинли. — Но готова ли ты пойти на такой риск?

— Да, — без колебания ответила Энни. — А вы? Вы согласны?

В его улыбке не было и тени тепла.

— Я уже сжег за собой мосты, Энни, — глухо промолвил Маккинли. Он нагнулся вперед, и Энни вдруг с пугающей ясностью поняла, что сейчас он к ней прикоснется. Нет, этого допустить нельзя! Энни не знала — почему, но сама даже мысль о прикосновении этих рук вызывала у неё ужас.

Она поспешно встала и так неловко попятилась, что опрокинула стул. И только в следующее мгновение осознала: Джеймс даже не шелохнулся. Он молча сидел и наблюдал за ней, словно мог читать её мысли. Энни поняла: бессмысленная паника, охватившая её, немало его позабавила.

— Не стоит отдавать за это жизнь, Энни, — промолвил он неожиданно мягким голосом. — Пусть отец твой покоится с миром. Выбрось из головы эту затею.

— Не могу, — Энни покачала головой. — Это мой отец. — И голос её предательски задрожал.

— Тогда — да поможет тебе Бог, — вздохнул Маккинли.