«Раз уж танцевать никак, то хоть вина выпить – всяко веселее будет», – подумала про себя Лелька. Тем более что Шиш, который вовсе на нее внимания не обращал, тоже с началом медленных композиций куда-то улизнул. Сердце Лельки было разбито. Осталось только, как все это делают в романах, «утопить свою печаль в вине». К тому же тайком выпить вино за углом с самым красивым мальчиком из их класса Лельке показалось почетно и романтично. Она подобрала подол, чтобы с непривычки не наступить на него, и поспешила за Риткой к выходу.

И тут снова все вышло странно и мало понятно. Ритка выскочить из актового зала успела, а Лелька – нет. Вперед нее нелюбезно проскочил высокий крупный мужчина, оказавшийся при ближайшем рассмотрении Кармановым-старшим, который тащил за руку недовольного Карманова-младшего:

– Я в твои годы с бабами отплясывал! А ты?!

И Лелька столкнулась нос к носу к Шишом. Хотя и вовсе не нос к носу: несмотря на высокие каблуки, Лелькин нос не доставал до подбородка Шиша. Шея у Шиша была чистая. И пахло от него замечательно.

Едва Лелька успела растеряться и попытаться осмыслить, как же ей быть (прорываться за Риткой или уступить дорогу и пропустить внутрь Шиша), как тот успел сориентироваться – схватил свободной от отца рукой Лельку вместе с ее шестью метрами шифона и потащил в центр зала. Где-то по пути отпочковался Карманов-старший. Лелька едва не грохнулась, наступив сама себе на подол. Шиш же с невозмутимым видом крепко прижал ее к себе и… довольно умело закружил по залу.

После этого он, по Лелькиному мнению, должен был как минимум – пойти провожать ее домой. Но Шиш только кружился, и кружился, и кружился с ней по залу, несмотря на то что его отец давно уже ушел. И не отпускал ее, пока не нашли диджея из 10-го «В», который тоже пристроился за угол выпить с Хоботом вина и напрочь забыл о вверенной ему дискотеке.