– Что?!

– Прости, присказка такая.

– Какой замуж? Я… Я… Я его видеть не хочу. Высмеять хочу подлеца, а видеть – нет. НИ-КО-ГДА! Он мне омерзителен. Принцы лысыми не бывают – в этом я теперь с тобой полностью согласна. И с тем, что он – урод. И с Моськой согласна – тюрьма по нему плачет, – в заключение своей обвинительной тирады Лелька громко шмыгнула носом.

– Тюрьма! По-моему, пока что ты по нему… – начала было Ритка.

– Я просто простыла! От тебя заразилась, между прочим. Отодвинься от меня. И не дыши.

– Меда съешь, чучело!

Что Лелька нашла в Шише, она и сама не знала. До выпускного она с Сашкой Кармановым и двумя словами-то, кажется, не перемолвилась. Несмотря на то что с первого своего дня в школе училась с ним в одном классе, а жила в одном дворе, в соседних подъездах, с детства. Шиш с девчонками никогда не водился, в классе – так даже не здоровался, а во дворе появлялся редко. Весь его бандитский облик в этом плане был обманчив – ни в одной дворовой компании он замечен, по крайней мере Лелькой, не был. Хотя во дворе его, бесспорно, уважали. В чем однажды Лелька и убедилась по пути из магазина домой.

Идти надо было мимо гаражей во дворе. Около этих самых гаражей Лельке что-то зверски кольнуло в пятку. Она подошла к бетонной стене, оперлась об нее и, про себя ругаясь на чем свет стоит, стянула сапог. Долго щупала стельку и носок, но ничего острого найти не смогла. И только собралась обратно обуться, как… Как мимо нее весь в черном мягкой кошачьей походкой прошел Шиш. И свернул в проход между гаражами. Лелька стояла в тени стены, и он ее не заметил. А она его, проходящего под фонарем, рассмотрела очень даже хорошо: вязаная шапочка натянута на самые глаза, а глаза злые-злые.

Лелька и подумать ни о чем не успела, а сама уже подкралась к углу крайнего гаража, у которого стояла, и аккуратно выглянула в проход.