Она надеялась, что вовсе не обязательно нужно будет прибегать к нему. Разум подсказывал ей обратное. Она еще раз вздохнула...

Джино Сантанджело чувствовал усталость. Полет оказался долгим, а последние десять минут просто выматывающими. Застегнув ремни и погасив сигару, он сидел и больше всего на свете хотел обеими ногами упереться в надежную твердую землю доброй старой Америки. Слишком уж долго он отсутствовал. Как все-таки это приятно - возвращаться домой.

Ослепительно улыбаясь, мимо пропорхнула стюардесса.

- Все в порядке, мистер Сантанджело?

Каждые десять минут он был вынужден выслушивать ее "Все в порядке? Может, принести вам чего-нибудь выпить, мистер Сантанджело? Подушку? Одеяло, мистер Сантанджело? Журнал? Перекусить, мистер Сантанджело?" К президенту, наверное, не относились с большей заботой.

- Все отлично, - ответил ей Джино. "Симпатичная, но шлюшонка", - решил про себя он. Глаз у него наметанный.

- Тем лучше, - она хихикнула, - скоро мы уже будем на месте.

Да, скоро они уже будут на месте. В Нью-Йорке. Его городе. На его территории. У него дома. В Израиле было неплохо. Беззаботный отдых. Но уж лучше бы он провел эти семь лет в Италии.

Он сверился с часами, массивными, из золота, усыпанными бриллиантами, подарком, преподнесенным ему лет десять назад известной кинозвездой. Вздохнул. Да, скоро он будет дома... Скоро опять придется заняться Лаки и Дарио. Как отца его немного тревожило то, что сейчас он совершенно не знает, чем живут его дети.

- Принести вам что-нибудь, мистер Сантанджело? - раздался над ним голосок уже другой стюардессы. Он отрицательно покачал головой. Скоро... Скоро...

Выйдя из кабинета Косты, Лаки остановилась в коридоре у двери дамской комнаты, толкнула ее. В висевшем на стене зеркале принялась изучать свое лицо и осталась им недовольна. Выглядела она изможденной и уставшей, под глазами черные круги. Уехать бы куда-нибудь, поваляться на солнце - вот что ей сейчас больше всего нужно. Но ничего этого не будет, пока здесь все не уладится.