Правильно. Так я и поступлю.

Я разбудила все еще спящего Артура. Позавтракав бутербродами, мы все втроем вышли из дома.

Пелагея Семеновна жила в девятиэтажном доме недалеко от Детского парка. Дети запросились покататься на качелях, пока я буду разговаривать с тетей. Мне было немного страшно оставлять их одних. Дети для меня все. И если, не дай Бог, что с ними случится, то я просто умру от горя. Но в парке было полно детей, которые весело резвились и играли в песочнице. Я уступила.

Ну что случится за несколько минут?

— Только из парка ни шага. Ты понял, Артур? Ты старший, уже совсем большой мальчик. Следи за Лизонькой.

Тот довольно кивнул. И дети, взявшись за руки, направились к качелям. А я направилась к Пелагее Семеновне.

У престарелой женщины оказалась такая шикарная квартира. Трехкомнатная, с огромной кухней. Она напоминала антикварный магазин. За мебель, которой были обставлены комнаты, ценители старины заплатили бы неплохие деньги, случись старушке продать свое имущество.

На стенах были развешаны фотографии близких и дальних родственников бабульки. Непонятно, почему бабушки так любят вывешивать фотографии на всеобщее обозрение?

Пока Пелагея Семеновна создавала соответствующую гаданию обстановку, я рассматривала снимки.

— Ну вот, Ольга Андреевна, — обратилась она ко мне, — теперь можно начинать.

Мы с ней прошли в комнату, где будет иметь место быть таинство гадания.

Задернутые шторы, две свечи на столе и новенькая колода карт.

Не могу сказать, что то, что в экстазе бормотала эта старушка, произвело на меня неизгладимое впечатление. Но все-таки что-то в этом есть. Сердце мое замирало.

К примеру, Пелагея Семеновна сразу же сказала, что некая особа вонзила мне в сердце кинжал.