А я — нет, виновато подумала она.

— Что ж, приятель, тебе не повезло, он мой.

Услышав голос Стюарта, Розлин вздрогнула.

— Что ты здесь делаешь?

— Это я должен спросить, что ты здесь делаешь. Кажется, мы договорились, что ты будешь ждать меня дома.

— Мы не договаривались, это ты так решил! — уточнила Розлин. — Я же не могу бросить работу и сидеть дома, дожидаясь, пока ты объявишься.

— Судя по тому, что я слышал, работу ты и так бросила. Неужели нельзя было подождать до моего возвращения? Ты уже подала заявление об уходе?

— Может, тебе это покажется странным, но меня не вдохновляет перспектива стать младшим сотрудником фирмы, — парировала Розлин, сваливая бумаги обратно на стол.

— Тебе предложили понижение в должности?

— На самом деле это самое настоящее завуалированное увольнение, — вмешался Кевин, и Розлин с благодарностью посмотрела на него. Ей совсем не хотелось пересказывать все заново.

— Тебя не спрашивают, Холл! — рявкнул Стюарт. — Что ты вообще здесь делаешь? Надо быть полным идиотом, чтобы заставить беременную женщину таскать тяжести.

— Не смей разговаривать с Кевином в таком тоне! — возмутилась Розлин. — То, что ты не в восторге от сложившейся ситуации, еще не дает тебе права оскорблять моих друзей. К твоему сведению, я сама попросила Кевина о помощи, — слегка покривила душой она, желая поставить Стюарта на место.

Кевин встал и отряхнул с брюк воображаемые пылинки.

— Полагаю, Розлин предпочла обратиться к настоящим друзьям.

Это была откровенная провокация, и Розлин в ужасе подумала, что Кевину придется пожалеть о своих словах. Стюарт — высокий, широкоплечий, атлетического сложения, с узкими бедрами и длинными ногами — выглядел весьма устрашающе.

Общаясь с Кевином, она ценила не его внешность или искусство любовника, а ни к чему не обязывающий характер их отношений. По сравнению с ним Стюарт был в высшей степени требовательным человеком.