— Я, мистер Пирсон, думала…

— Думали? Правда? — Он сурово сдвинул брови и указал на снимок: — А вы хоть на мгновение представили, как на это отреагируют наши клиенты?

Грейс вздохнула. Если бы этот разговор вел с ней старший брат мистера Обри, Генри Пирсон! Он придерживается куда более широких взглядов.

— Я уверена, что эта реклама повысит товарооборот фирмы «Бейкер» почти втрое. А может быть, и больше. Никогда раньше мы не ориентировались на женщин, и уж тем более не рекламировали сигареты, а сейчас мы это делаем! В этом году лондонские девчонки копируют голливудских вертихвосток: стригут волосы, носят короткие юбки! И жизни они хотят соответствующей — чарльстон всю ночь напролет, романы с молодыми щеголями. Они мечтают вести немного сумбурную жизнь. Делать то, чего не стали бы делать их матери. Они, знаете ли, все курят, эти голливудские актрисы!

Мистер Пирсон потер голову с редеющими волосами. Вероятно, они редели потому, что он всегда тер голову именно в этом месте.

— Мисс Резерфорд, мы не можем рекламировать образ девушки, курящей сигарету. Мы должны поддерживать свою репутацию.

— Ах, сэр, что за вздор! Пора бы «Пирсон и Пирсон» идти в ногу со временем.

— Должен вас предостеречь, — произнес Пирсон, на этот раз тихо. — Я бы на вашем месте думал, прежде чем говорить.

— Хорошо. — Грейс сглотнула. — Забудьте об этом образе. Не обязательно показывать курящую девушку. Представьте себе танцевальную площадку, заполненную парами. На переднем плане мужчина протягивает руку девушке, приглашая ее танцевать. А подпись гласит: «Ты не откажешься? Не так ли?» А вот еще. Девушка сидит с кавалером в машине с открытым верхом. И подпись: «А насколько ты скор?»

Пирсон выдвинул ящик стола и принялся в нем шарить. Резко захлопнув его, он вызвал свою секретаршу Глорию и попросил принести аспирин.