Они слились в единое целое, потерявшиеся во времени и пространстве. Джон плыл по волнам чувственности, его сердце стучало все быстрее. Низкие стоны Скарлет становились все громче. Он зажмурил глаза. Разноцветный фейерверк взорвался в них обоих одновременно, и не осталось ничего, кроме чувств, поглотивших его целиком. Это было божественно. Невероятно. Она само совершенство…

Джон сопротивлялся, как мог, когда его здравомыслие пыталось прорваться к нему. И теперь он лежал, глядя в потолок, а она, молча лежала рядом с ним. Молча и неподвижно. Он даже не слышал ее дыхания. Да, не скоро забудет он аромат ее духов, смешанный с неповторимым запахом волнующего тела. Никогда не забудет.

Кровать вздрогнула, когда Скарлет отодвинулась от него и встала. Собрав свои вещи, она быстро прошла в ванную и закрыла дверь.

Скарлет старалась отделаться от нежелательных мыслей, пока одевалась в элегантной ванной Джона. Она пыталась сосредоточить свое внимание на черных полках и сверкающих никелем кранах, но, все же ей пришлось взглянуть на себя в зеркало.

От размазанной под глазами туши лицо казалось бледнее обычного, а глаза темнее. Скарлет намочила салфетку и стерла пятна, рукой пригладила волосы и замерла, не желая вновь предстать перед Джоном.

Что же она натворила?

Ведь она пришла только для того, чтобы сказать ему, что, по ее мнению, Саммер совершила ошибку, разорвав их помолвку. Но каким-то образом оказалось, что они уже целуются. Скарлет сказала ему правду. Она не собиралась даже целовать его, а уж тем более заниматься с ним любовью. Хотя она и слыла ветреной женщиной, но даже для нее это было чересчур легкомысленно.

Проблема Скарлет была в том, что она уже любила Джона вечной любовью. Эти чувства она должна была держать при себе. Джон и Саммер обнаружили, что влюблены, друг в друга, примерно в то же самое время, когда Скарлет собралась во всем признаться сестре.