Дрю явно смутился.

— Я слышал однажды, как ты пел, — словно ничего не замечая, продолжал Керби. — Должен тебе сказать, ничто так не успокаивает скот, как мелодичная песня и мягкий голос.

— Ну, я могу вас порадовать лишь несколькими шотландскими боевыми песнями, — сухо заметил Дрю, — да еще одной-двумя балладами.

Керби усмехнулся и подмигнул ему.

— Черт побери, я буду единственным скотоводом, у которого погонщиком работает шотландский лорд! Готов прозакладывать свое ранчо, что под твоей благородной шкурой скрывается настоящий покоритель Дальнего Запада.

Дрю натянуто улыбнулся.

— Ну, мой титул едва ли делает мне честь.

Горечь, прозвучавшая в его голосе, была чересчур явной.

Керби помолчал, а потом добавил:

— Я знаю, что у тебя есть характер и что ты рисковал жизнью ради абсолютно незнакомого человека, и этого для меня более чем достаточно. И еще я знаю, что ты хочешь заняться разведением скота. Когда приедем в Канзас-Сити, я дам тебе полсотни коров. Можешь оставить их на развод, а можешь продать — как захочешь.

— Но это будет сверх обычной платы.

— В обычную плату не входит спасение моей жизни.

— А я и не требую награды.

— Ты считаешь, что моя жизнь ничего не стоит?

Решимость Дрю уже изрядно ослабела. Ему хотелось отправиться вместе с Керби на перегон. Кажется, он еще никогда так сильно ничего не желал. Он наслушался разных ужасов: пыльные бури, ураганы, наводнения, индейцы, беглые преступники… И все же Дрю отчаянно хотелось побольше узнать о стране, где один неверный шаг может стоить жизни. И еще это был шанс доказать не только Керби, но и самому себе, что он чего-то стоит, и не только как удачливый игрок. И все-таки Дрю медлил. Он разочаровал почти всех своих близких — но вот этого человека ему менее всего хотелось разочаровать.