— Расскажите мне об этом поподробнее, — сказал Чарльз и разлил из серебряного кофейника по чашкам кофе.

Офис был обставлен с отменным вкусом: два широких кожаных дивана белого цвета, шелковистый белый ковер на полу и кофейный столик со стеклянной столешницей. Несколько антикварных безделиц придавали интерьеру дополнительную роскошь.

— Признаться, я сама осведомлена об этом лишь в общих чертах, — сказала Кейзия, присаживаясь на диван. — Один из моих жильцов. Карл, вскользь обронил, что случайно стал свидетелем любопытного разговора двух актеров. Они говорили о каком-то частном театре, где требуются артисты на временную работу. А я как раз осталась не у дел из-за ссоры со своим боссом, который меня домогался… В общем, вы понимаете, Чарльз, насколько важен сейчас для меня любой шанс трудоустроиться. Ребята, которые снимают у меня помещение на втором этаже моего дома, сочувствуют мне. Один из них — танцор балета Карл — особенно мил… Но это я так, к слову… — Кейзия окончательно смутилась и умолкла.

Чарльз окинул ее внимательным взглядом и сел рядом с ней на диван, вытянув ноги и скрестив их в лодыжках. Кейзия невольно отметила, как оттопырилась у него ширинка. От Чарльза веяло дорогим мужским одеколоном и холодной самоуверенностью роскошного сибарита, — Я знаю этих людей, мы как-то вместе обедали. Торин тоже присутствовал. Вспомнили? — промолвил он с легким сарказмом в голосе. — Так в чем заключается суть дела?

Кейзия выпрямила спину, как школьница, отвечающая строгому учителю, и промолвила, стараясь говорить спокойно:

— Хорошо. Дело было так. Я потеряла место и вернулась домой расстроенная. Карл вскользь упомянул о случайно подслушанном им разговоре двух танцоров кордебалета о том, что один владелец приватного театра набирает новую труппу. Собственно говоря, это все.