А на улице, умирая от духоты, терпи. Раскалённая за день земля старалась максимум отдать тепла, остыть, и от этого ещё больше парило и невыносимо морило. На каком-то из ближних деревьев кричала, заливаясь диким смехом, переходящим в странный жуткий хохот, большая птица. Людка, проснувшись и резко сев в постель, приходила в себя от распирающего грудь страха. "Что это? Только сон или явь? Она кричала или просто почудилось?" От жары мысли путались, ушли куда-то. Приподнявшись на локти, она вновь упала на подушки, и опять мучительная духота охватила её. С малых лет Люду мучили эти кошмары, пора бы привыкнуть, но к этому, наверное, нельзя ни приспособиться, ни спокойно без эмоций такое безумие воспринимать. В этих страшных непонятных и удивительных снах она видела давно ушедшую в забвение жизнь. Древние дворцы, улицы и дома, жуткие пиры, и мерзкие казни, людей в странных одеждах, войны, заговоры и интриги. Бродила по чудным жилищам, ела из глиняной и золотой посуды. Возлежала на парчовых подушках. Сама танцевала и любовалась другими. Присутствовала на безумных развлечениях, покрываясь от страха холодным потом, и горела огнём от попавших на пути откровенных сцен. Её взгляд натыкался на вздымающиеся гневом груди стянутые поясом, набранным из тяжёлых серебряных блях, настроенных на войну мужчин. Они рубились мечами и метали друг в друга стрелы. Лились реки крови. И тогда она беззвучно кричала. Бежала. Её ловили. За ней гонялись, но она, в самый последний момент, взмывая в небо, каждый раз уходила. Словно страхующие крылья ангела уносили её. Казалось, что сон сопровождает её в другое измерение и другую реальность. В детстве после одного такого сна, где людей ради развлечения бросали гигантскому осьминогу, она, проснувшись, в холодном поту и с выпрыгивающим из груди сердцем, начала заикаться, но врачу, к которому её потащила тут же мама, сочинила сказочку про собаку, которую очень напугалась. Не рассказывать же про сны, а может и не сны это вовсе… После каждого такого путешествия, она чувствовала себя опустошённой и выжатой, как лимон.