А все Миха придумал! Он вообще мировой парень: не жмотничает, а когда все не при деньгах, сам покупает на всех «Три семерки» или упаковку-другую пива с сухариками. Он ведь не то что мы все: верхнее образование, незаконченное. Из серьезной семьи, папаша у него большой начальник, а все равно не низко ему общаться с бывшими одноклассниками, у которых всего образования — профессиональный лицей. Серый, тот вообще — восемь классов плюс коридор.

...Не, даже скучно: поругаться не с кем, наорались уже по самое не хочу, стенки изгадили от души, а хоть бы одна из бабулек вышла мораль читать — проскакивают мимо, как мыши, да и мужики не лучше. Правильно тот чувак по телику сказал: измельчала Россия...

Кто там шебуршит? Девчонка, пробирается по стеночке, а трясется-то — как овечий хвостик. К лифту просачивается. Ага, как бы не так! Сдох ваш лифт, господа жильцы; извольте-ка по лестнице ножками. А то взяли моду прятаться от общественности.

— Девушка, куда вы так торопитесь?

— «И дорогая не узнает, какой у парня был конец...»

— Оставь ты ее, сейчас со страху описается.

— Да чеши отсюда, детский сад! Нужна ты нам — как зайцу... насморк!

Да, здесь не только она нас боится... Вместе мы — сила. Верно училка по литературе разорялась: «...плохо человеку, когда он один». Это точно, зато стоит нам выйти вместе — на улице все разбегаются, в винном без очереди пропускают, и здесь тоже — забились все по углам и слово вякнуть боятся. Ну что, кто тут против нас?!

Где-то на самой верхней площадке, возле узкой железной лестницы, ведущей на чердак, что-то происходило. В одном из углов воздух вдруг задрожал, скрутился небольшим смерчем, после чего сгустилась легкая тень, которой по всем законам физики и оптики здесь просто не должно быть. Через некоторое время тень приняла более четкие очертания, как будто на подоконнике стояла и загораживала свет очень крупная собака. Но никакой собаки не было, присутствовала только еле заметная тень.