Слова Инги не давали Ирине покоя. Она думала над ними почти что неделю. Наконец настала долгожданная пятница, и Ирина по обыкновению отправилась в местный бар, чтобы пропустить бокал мартини со льдом. Это была единственная роскошь, которую она себе позволяла.

Ирина вошла в бар, зал был полон посетителей. Она подошла к стойке, за которой хлопотала Машка-барменша, бойкая женщина лет тридцати пяти.

– Чего желаете? – хрипловатым голосом спросила она и многозначительно подмигнула.

– Мартини, розовый, со льдом… Да все как всегда… – уныло ответила посетительница.

Машка обладала профессиональной памятью: отлично помнила постоянных клиентов, Ирину в том числе. К тому же за годы работы за стойкой Машка стала почти что психологом. От поддатых посетителей чего только не наслушаешься. Поэтому барменша отлично разбиралась в психологии местного населения.

По тону Ирины, она тотчас поняла:

– Проблемы? Неприятности? – и поспешила наполнить бокал заветным розовым мартини.

Ирина кивнула и пригубила прохладный напиток. Струйка вина приятно «разлилась по телу».

– Не открою для вас тайну, что жить становится все тяжелее… А на мизерную зарплату воспитателя детского сада тем паче…

Машка понимающе кивнула.

– Скоро в Калевала останутся одни чиновники, да толстосумы, которые вокруг скупили все земли. – Поддержала она разговор. – Природа им, видишь ли, наша нравится! Охотиться сюда москали приезжают!

Ирина вяло улыбнулась. Она отлично знала: Машка москвичей на дух не переносила. Как только московское общество насытилось Европой, его потянуло на девственную природу, в частности в Карелию. Начали скупать дома, затем санатории…