— Нет, — хныкала я, плюхаясь коленями в лужу.

— Пожалуйста… нет!

Только не здесь, и не сейчас! Каждый раз, когда до этого я приближалась к этой книге, со мной рядом находился Берронс. Я была спокойна, так как он не позволит, чтобы с моим бесчувственным телом случилось что-то ужасное. Возможно, он и потаскает меня по окрестностям, как ищущий воду ивовый прутик, но это я переживу.

А сегодня я оказалась одна. Меня пугала даже мысль о том, что я окажусь беззащитная перед кем-то или чем-то на улицах Дублина, пусть даже на несколько мгновений. А если я буду без сознания целый час? Если упаду лицом в эту мерзкую лужу, в которой сейчас сижу, и утону в нескольких сантиметрах этой…. тьфу. Я должна выбраться из этой лужи. Я не умру такой жалкой смертью.

Зимний, ледяной ветер проносился по улице, заморозив меня до костей. Старые газеты пронеслись как грязные и мокрые перекати-поле, над разбитыми бутылками, выброшенными обертками и очками.

Пытаясь выбраться из этой сточной канавы, я, ломая ногти, цеплялась за край тротуара. Обломки ногтей оставались между булыжниками на мостовой.

Сантиметр за сантиметром я прокладывала себе путь к сухому тротуару.

Она была там, прямо передо мной: Темная Книга. Я чувствовала ее за полсотни метров от того места, где я выкарабкалась. Может быть ближе. И это была не просто Книга. О, нет. Все было совсем не так просто. Она пульсировала тьмой, обугливая края моего разума.

Почему я не упала в обморок? Почему не прекращается эта боль?

Мне казалось, что я умираю. Рот наполнился слюной, превращаясь в пену на губах. Меня все время тошнило, но вызвать рвоту я не могла. Боль парализовала даже желудок.