Джонатан, радуясь компании, открыл дверь. Жестикулируя и что-то выкрикивая, Дули вбежал в дом; несмотря на холодный и ветреный вечер, он был без куртки.

– Хей-хо! Сыровар! – воскликнул он, вращая глазами так же быстро, как вертится лист в порывах ветра. – Это здорово, что мы отправляемся в путь, хей-хо!

– Да, видно, так, Дули. Видно, так, – ответил Джонатан без особого энтузиазма.

– У меня был дедушка, – сказал Дули и умолк, словно это было единственное, что он хотел сказать.

Джонатан подождал минутку, готовясь выслушать очередную сумасшедшую историю.

– У всех, Дули, был или есть дедушка. У каждого из нас.

– Что я хотел сказать, сэр, если вы простите меня за то, как я говорю, так это, сэр, то, что мой дедушка взял и уплыл на юг, сэр, вот. И он нашел, сэр, большой сундук, там, на побережье. Знаете, такой сундук, как тот, в котором вы или я храним одежду. И знаете, господин Сыровар, что было в сундуке?

– Нет, – сказал Джонатан.

– Большой жирный клоун, – ответил Дули, – весь размалеванный и украшенный перьями и алмазами и тому подобными штуками, с хвостом, закрученным как штопор. Заколдованная свинья, вот что это, по-моему, было на самом деле. Свинья, которая прикинулась цирковым клоуном.

– Что за чудеса, Дули! Кто рассказал тебе это?

– Мама, – ответил Дули. – Но сначала она рассказала мне об осьминоге, который проглотил моего дядю.

– Ага, вот оно что. Очевидно, эта история окажется настолько же невероятной, как история про заколдованную свинью-клоуна. Что ж, это придаст путешествию особое очарование.