Раз уж приходится уходить, необходимо сохранить возможность получить новое место.

— Стерва, — огрызнулся через плечо мистер Гардинер, ковыляя по направлению к своей комнате. Уж он-то точно знал, насколько Эмма близка к истине. Жена не раз упрекала его за распутное поведение с прислугой и за бесстыдство, поскольку обычно он даже не пытался ничего скрывать.

Но он избавится от мисс Лоуренс, хотя, к сожалению, не сможет лишить ее рекомендаций. Он не оставит живого напоминания о своем сокрушительном поражении. Ее предшественнице, например, очень льстило его внимание, правда, именно поэтому она и была уволена.

Когда миссис Гардинер в тот же день послала за Эммой, не приходилось сомневаться в причине вызова в красивый будуар хозяйки.

Миссис Гардинер начала разговор, как обычно, издалека:

— Мне так жаль расставаться с вами, дорогая мисс Лоуренс, но увы. Как вы знаете, мой муж получил назначение в британское посольство в Париже. У него есть во Франции бедная кузина, которой он хотел бы помочь. И она сказала, что будет счастлива воспитывать наших дорогих Джорджину и Селину… Мистер Гардинер так настаивает, ни о чем другом и слышать не хочет. Я уверена, что вы понимаете мое положение.

О да, Эмма прекрасно понимала положение хозяйки. А миссис Гардинер прекрасно знала привычки мужа, хотя ни одна из собеседниц не высказала бы свои мысли вслух.

Эмма промолчала и, как полагается воспитанной даме, скромно сложила руки, смиренно склонила голову и ждала продолжения.

— Ваше обращение с девочками, ваша забота и руководство были образцовыми. У вас просто дар воспитания детей. Какая жалость, что вам вряд ли придется воспитывать своих собственных. О Боже…