— Ты?! Нет, только не это! — В испуге Галка замахала пухлыми ручками, разбрызгивая блики от камней в перстнях, как дискотечный зеркальный шар. — Знаю я тебя, язву этакую! Ты мое бабье высмеешь, вышутишь, по стене размажешь и ногой разотрешь! А я, между нами говоря, этот свой хлебный бизнес больше года строила!

— Ломать — не строить, — согласно кивнула я, очень довольная тем, что мои слова произвели должный эффект. — Если ты не хочешь проблем — давай с тобой по-хорошему договоримся: я — да простят меня несчастные облапошенные вами граждане! — не буду лезть в твои дела, а за это ты поумеришь реформаторский пыл моей коллеги Настасьи Ивановны. А то науськали, понимаешь, Настьку так, что девка совсем ополоумела с вашими фэн-шуями! Теперь рядом с ней и нормальным людям жизни нет!

— По рукам! — Галка поспешно хлопнула меня по ладони.

— Отлично! — Я выкарабкалась из бесформенно-мягкого кресла, нашла в набитой хламом сумке слегка помятую визитку и положила ее на стол перед старой приятельницей. — Если захочешь пообщаться — звони, здесь указаны все мои телефоны, и служебные, и домашний, и сотовый, и даже электронная почта! А я побежала, у меня работа.

— Стой! — Галкин окрик остановил меня у двери.

Я обернулась. Мадам Осения мощно вздохнула. Благоуханный сизый туман расслоился и поплыл клочьями.

— Похоже, это паникадило у тебя работает, не выключаясь? — невольно поинтересовалась я, кивнув в сторону источника дыма.

— А что? Заодно комаров отпугивает!

— Людей, наверное, тоже! — Я снова взялась за дверную ручку.

— Вот всегда ты так! Одна нога здесь, другая там! Бегом и прыжками! — посетовала хозяйка апартаментов.

— А что? — повторила я.

— Что-что! Конверт возьми, — Галка выхватила из стопки на краю стола зеленый бумажный конверт, протянула мне. — Когда будешь от меня выходить — держи его в руках.