Это было в понедельник вечером. Утром прокуратура города Эперне выехала на место, где был обнаружен труп, и после осмотра его сотрудниками отдела идентификации и судебно-медицинскими экспертами тело перевезли в морг.

По-прежнему лил дождь, мелкий, частый, пронизывающий.

У ворот шлюза сновали люди и чуть заметно поднималась баржа.

Комиссар прибыл сюда час назад и с тех пор думал только о том, как поближе познакомиться с внезапно раскрывшимся перед ним миром, о котором он до сих пор имел ложное или смутное представление.

Смотритель шлюза сказал ему, что в бьефе

Мегрэ узнал, что «шодрон» означает «буксир», а «панама» — баржа, не имеющая ни мотора, ни лошадей, поэтому ее хозяину приходится нанимать коновода с лошадьми на определенный рейс; это называется навигацией с малой скоростью.

Прибыв в Дизи, комиссар увидел в трех километрах от Эперне узкий канал и деревушку возле каменного моста.

Ему пришлось шлепать по грязи всю дорогу по бечевнику до самого шлюза, а это в двух километрах от Дизи.

Здесь он нашел выстроенный из серого камня дом смотрителя с надписью на дверях — Проверка судовых документов.

Комиссар зашел в кафе «Флотское», второе здание в этой местности. Других здесь не было.

Слева довольно бедный зал со столиками, покрытыми коричневой клеенкой, и стенами, выкрашенными наполовину в коричневый, наполовину в грязно-желтый цвет. Но по особому, характерному запаху этот зал легко было отличить от любого деревенского кафе. Здесь пахло конюшней, сбруей, дегтем, керосином и машинным маслом.

На двери справа висел колокольчик, на стеклах окон были наклеены рекламы или плакаты. В углу навалом лежали дождевики, сабо, холщовые спецовки, мешки с картошкой, бочонки с растительным маслом, ящики с сахаром, горохом, фасолью и овощами вперемешку с фаянсовой посудой.

В лавке не было ни одного покупателя. В конюшне стояла только одна лошадь: хозяин запрягал ее, когда собирался ехать на рынок. Лошадь была совсем ручная, как собака.