— Но это же нечестно. Только потому, что я девушка!

Эндрю порылся в кисете и приступил к сложному ритуалу набивания трубки. Когда она наконец была зажжена, он откинулся на спинку стула.

— Согласен. Но нам придется подчиниться. Предубеждения Фэрфакса против женщин могут быть совершенно необоснованными, но он — руководитель экспедиции, и последнее слово во всех вопросах, связанных с набором персонала, остается за ним. Не подумай, что это коснулось только тебя. Он и жене профессора запретил ехать.

Вики вздрогнула:

— Но ведь профессор болен. Именно поэтому он хотел взять с собой жену. После сердечного приступа ему нужен уход. Фэрфакс не может не понимать этого, — на минуту Вики забыла о собственных огорчениях, так задело ее положение, в котором оказался старый коллега ее отца. — Фэрфакс не должен запрещать ей ехать. В конце концов, профессор был руководителем экспедиции, и он бы не покинул своего поста, если бы чувствовал себя в силах и дальше нести такую ответственность. А он передал ее этому Фэрфаксу, — Вики почти выплюнула ненавистное имя, — который отплатил ему за доверие такой… такой подлостью. Грубый, надменный самодур! У него просто нет сердца!

Доктор Харвинг благоразумно промолчал. Наконец, почти против воли она спросила:

— Какой он из себя?

Эндрю не нужно было объяснять, кого она имеет в виду.

— Ну, такой… высокий, крепкий. Смуглый, с суровым лицом, как у…

— Я имею в виду не внешность, — перебила она его голосом, не допускавшим мысли о том, что ее может интересовать эта сторона личности Фэрфакса. — Ты встречался с ним. Какое он произвел на тебя впечатление?

— Думаю, он не очень-то церемонится с плохими работниками, — ответил Эндрю. — Однако, я еще ни разу не участвовал в раскопках вместе с ним и поэтому знаю о нем немногим больше твоего.