В голове загудело, я покачнулся, но на ногах устоял, даже успел защититься плечом от кулака, летевшего сбоку. Хотя так и не понял, чей это был кулак. Но тут кто-то прыгнул на меня всем телом, обхватил руками за пояс и оба мы рухнули на пол. Что дальше было, я плохо помню, потому что руки мои оказались прижатыми к животу, а по физиономии замолотил чей-то увесистый кулак. В глазах засверкали слепящие искры, нос чуть не разорвало от боли, я перестал дёргаться и стал воспринимать действительность лишь частично, как через толстое одеяло. Только прозрачное.

- Полегче, ты! - услышал я голос, кажется самохин. - Он ещё ничего не сказал!

Удары прекратились. Меня ухватили за плечи, подняли, кинули на стул. В голове моей гудело, по подбородку текла кровь, я пытался вытирать её рукавами.

Сначала все принялись молча отряхиваться и осматриваться. Потом Самоха спросил:

- Что с ним делать теперь будем, шеф?

Шеф сидел на диване и смотрел насупленно. Уверенности в своей абсолютной правоте у него явно поубавилось. Серый, ощерясь, держал меня сзади за волосы.

- Отпусти волосы, - сказал я, не очень свободно ворочая языком. Убьёте - ничего не узнаете. Вам же хуже будет.

- Отпусти, - буркнул шеф раздражённо. - Чего ты в него вцепился?

Серый медленно разжал пальцы и отпустил мою шевелюру. После чего мы опять помолчали. Приводили в порядок мысли и дыхание.

- Так. Значит, ты с характером, - молвил шеф недовольно, вытянул ноги и со вниманием осмотрел свои ботинки. - И что с тобой прикажешь делать? Сам ты как понимаешь своё положение? Или не понимаешь ни хрена? Скажи. Хочу послушать, прежде, чем с тобою решать.

Я опять вытер рукавами физиономию, пожевал распухшими губами и разъяснил:

- Меня надо вымыть. Накормить. Подлечить. Что бы тут... - я крутанул руками в наручниках вокруг лица, - всё нормально было. И впредь беречь. Тогда я расскажу, где взять этот... металл. После чего выпустить меня на волю.