Одри направилась вслед за экономкой на второй этаж, но вдруг остановилась и нахмурилась. Румянец вспыхнул у нее на щеках. Нет, она, должно быть, ослышалась. Не может быть, чтобы Филипп сказал «нашу комнату». Уж не думает ли он, что они поселятся в одной комнате?!

Но минуту спустя Франсуаза ввела Одри в огромную роскошно обставленную спальню, где рядом стояли чемоданы Филиппа и ее собственные. Девушка с опаской посмотрела на кровать с массивным, покрытым затейливой резьбой изголовьем. Ложе выглядело огромным. Нет, это какой-то розыгрыш, недоразумение, ведь Максимилиан весьма старомоден и не прочь побурчать по поводу моральной распущенности современной молодежи.

Стараясь подавить смущение, Одри отправилась на поиски Филиппа. Она нашла его в великолепной библиотеке, где при виде полок с многочисленными томами в дорогих переплетах на мгновение застыла в изумлении.

Филипп разговаривал по телефону. Его глухой отрывистый голос звучит так… сексуально, мелькнула у Одри мысль. Наконец Филипп соизволил обнаружить ее присутствие.

– Если ты голодна, Франсуаза приготовит тебе ужин.

– Тут произошла какая-то путаница. – Одри переминалась с ноги на ногу. – Мои вещи отнесли вместе с вашими… в ту же комнату, я хочу сказать, а я не знаю французского и не могу объяснить, что… ну, вы понимаете…

– Нет, не понимаю. Естественно, нам положено жить в одной комнате. Максимилиан ведь не идиот. Если мы будем спать раздельно, он никогда не поверит, что мы действительно помолвлены.