– Давай сядем и спокойно все обсудим, Максимилиан! – раздражено предложил Филипп.

Одри на цыпочках отошла от двери. Расстроенная суровым выговором Максимилиана, она не могла сразу разобраться в том, как ей вести себя в этой ужасной обстановке. Ей вряд ли надлежит принять участие в дискуссии такого рода. Максимилиан не сможет свободно говорить в ее присутствии, да и Филиппу ее вмешательство наверняка не придется по душе. К тому же после всего того, чему Максимилиан стал свидетелем в спальне, довольно трудно будет признаться, что помолвка фиктивная.

– Нет, я уже высказал мое отношение! – услышала Одри голос Максимилиана. – Я хочу, чтобы ты немедленно покинул этот дом, Филипп! Ты намерен разбить сердце Одри, но пока в моих силах это предотвратить, забудь об этом.

– Хорошо, я готов назвать дату свадьбы.

– Что, если на следующей неделе? – не выразив ни малейшего удивления, предложил Максимилиан.

– На следующей неделе так на следующей неделе! – вдруг взорвался Филипп. – Мы с Одри поженимся на следующей неделе!

Одри едва не лишилась чувств. За дверью воцарилась тишина. Одри представила, что Максимилиан поражен этим ошеломляющим сообщением не меньше ее самой.

– Теперь все предстает несколько в ином свете, не так ли? – произнес наконец Максимилиан. Судя по голосу, беседа далась ему нелегко. – Итак, ты и впрямь любишь ее, хотя и не хочешь этого показать… Что ж, нельзя требовать всего сразу. Но лучшего выбора, чем Одри, ты сделать не мог. Она…

– Что с тобой, Максимилиан?!

Уловив тревогу в голосе Филиппа, Одри не раздумывая рывком открыла дверь. Потерявший сознание Максимилиан полулежал в кресле. Склонившийся над ним Филипп предпринимал отчаянные попытки привести старика в чувство.