— Вы только о деньгах и думаете, — буркнула она наигранно-сердито, решив до конца оставаться в роли нерасторопной горничной. — Небось, хозяйке моей скажете, будто я работать отказалась? А то, что я потеряю работу, и мой муж и пятеро детей останутся без поддержки, вас не волнует! — Сьюзен старалась не смотреть на Каллигана, боясь расхохотаться.

— Да вы девчонка совсем, чтобы иметь пятерых детей! — рассмеялся Эдвард.

Она изобразила оскорбленную невинность.

— А меня еще несовершеннолетней замуж выдали.

— Конечно, могли выдать. Но что-то не похоже. — Он строго посмотрел на нее.

Сьюзен все больше опасалась не совладать с собой и решила побыстрее ретироваться.

— С вами, по-моему, кто-то по телефону разговаривает, — язвительно напомнила она. — А мне пора бежать другие комнаты убирать. — Она гордо направилась к двери. — Надеюсь, вам у нас понравится.

— Не сомневаюсь, — презрительно бросил ей вслед Каллиган,

Когда Сьюзен с высоко поднятой головой вышла из люкса, она почувствовала себя победительницей. Обвести вокруг пальца такого ловкача! Теперь она не боялась обвинений с его стороны. Если он принимал ее за горничную, то всегда можно сказать, дескать, она несколько раз по делам забегала в его номер. А ее духи оказались такими стойкими, что он, бедный, весь вечер чихал. К тому же, узнав, что она совладелица отеля, он не посмеет даже заикнуться о своих подозрениях. Все устроилось как нельзя лучше. Сьюзен уже не испытывала никакой неловкости перед назначенной встречей, наоборот, с нетерпением ждала обеда.

Мелани с укором взглянула на сияющую сестру. Она очень устала стоять у плиты, а украшение десерта вытянуло из нее остатки энергии.

— Ты что-то повеселела за последние сорок минут. Что-нибудь случилось? — спросила она недоверчиво.

— Ничего особенного. Столько всяких мелочей надо было уладить, за всем проследить. Теперь вроде все в порядке и можно со спокойной: совестью расслабиться и насладиться спокойным вечером. Я не нужна тебе? Хочу пойти переодеться.