– Если я не вовремя, – торопливо начала Ирина Николаевна, но трубка перебила ее новым звуком, еще более душераздирающим.

– Я беременна! – вдруг проплакала Лена. – Понимаешь? Ребенка я жду! Поэтому и грудь, и все… Что мне делать?

Петрова понимала, что от нее ждут ответа, и ляпнула первое, что пришло в голову:

– Ну, ничего, все как-нибудь образуется.

– Что образуется? Пузо образуется? Так оно уже образовывается! И грудь еще растет!

«Далась ей эта грудь»,– подумала Ирина Николаевна.

– А я реву, – продолжила Лена, хотя это можно было и не пояснять. – А он все время спрашивает, а что я ему скажу?

– «Он» – это кто? Врач?

– Херач! Муж спрашивает! Не могу же я ему сказать, что это не его ребенок.

Петрова почувствовала легкое головокружение и села на диван.

– Как не его?

– А вот так. У меня уже полгода другой мужчина. А он не знает! А он знает, но боится, что он узнает!

Ирина Николаевна пожалела, что подруга не завела себе на стороне женщину. Тогда было бы понятно: «он» – муж, «она» – любовница. Пришлось выпытывать правду по кусочкам. Вырисовалась трагическая картина: Лена залетела от любовника, о существовании которого законный супруг не имеет ни малейшего представления.

– Как же тебе удается мужа обманывать? – не удержалась Петрова.

– Тоже мне, проблема. Он же с работы придет – и к телевизору. Он о моих приключениях узнает, только если о них в новостях расскажут.

Таким образом, муж о предстоящем ребенке вообще не знает, любовник знает, но не хочет, а сама Лена… Тут начиналось самое сложное.

С одной стороны, Лена ребенка хотела давно, поэтому об аборте речи не было. То есть была, и даже экспрессивная, но сводилась она к одному тезису: «Буду рожать, и пошли они все…»

С другой стороны, муж за измену может и выгнать из дому. Или, скажем, сам уйти, что в такой ситуации одинаково плохо. Поэтому правду ему говорить нельзя.