Скорее даже наоборот. Молли никогда бы не подумала, как это тяжело – работать в чисто женском коллективе. Нигде на свете за твоим макияжем, прической, состоянием твоей одежды, ее ценой и соответствием моде, а самое главное – за событиями в личной жизни – не будет установлен такой же контроль. А так как Молли никогда не ставила перед собой цели затмить всех продавщиц в цветочном магазине (при этом парни заезжали за ней на работу чаще, чем за кем бы то ни было), ее не любили. Люди вообще не жалуют то, чего не понимают. Главное, что никто не стеснялся говорить о своем отношении вслух. Не в глаза, разумеется. Однако стоило отойти за стеллаж с комнатными растениями в горшках и заняться поисками чего-нибудь экзотического на нижней полке, можно было такое о себе услышать… От одних только воспоминаний Молли начинала задыхаться.

В конце концов она не выдержала и ушла. А на прощание отвела душу, честно высказав каждой коллеге, что думает по поводу ее личных качеств и интеллектуального потенциала. Нельзя, конечно, наживать себе столько врагов за один день… но эффект самого настоящего катарсиса того стоил!

Потом Молли пришлось неделю посидеть на телефоне с газетой объявлений в руках и побегать по собеседованиям. Наконец труды увенчались успехом: в ее положении работа на коммутаторе на местном телевидении показалась подарком судьбы. Правда, всего лишь показалась. Да, конечно, можно было с гордостью сообщать бывшим однокурсникам: «Я работаю на телевидении!» И зарплата была в полтора раза выше, чем в магазинчике. Но это была работа за кадром, и для Молли не было ничего хуже. Целый день она играла роль «телефонной феи»: вела переговоры с невидимыми домохозяйками, желающими поучаствовать в ток-шоу; договаривалась об этом же с профессиональными актерами, втайне им завидуя и оставаясь для них такой же невидимкой, почти что не существующей в реальности; общалась с рекламными агентами на самый широкий круг тем – от шампуней и кондиционеров для волос до мест проведения досуга.