– Если обычно вы носите четвертый размер, – терпеливо продолжал продавец, – то джинсы-стрейч вам нужны нулевого размера.

– В таком случае, почему бы вам просто не указать на джинсах их реальный размер? – вполне резонно, на мой взгляд, поинтересовалась Отрицательная. – Например, если нулевой размер – это на самом деле четвертый, почему бы не указать на ярлыке четвертый?

Продавец понизил голос:

– Это называется «лестная система размеров».

– Как-как?.. – переспросила Отрицательная, тоже понижая голос.

– Понимаете… – Продавец перешел на шепот, но мне все равно было слышно, что он говорит. – Крупным покупательницам приятно, когда им подходит восьмой размер. Хотя на самом деле они, конечно, носят двенадцатый. Понятно?

Минуточку. Минуточку!

Недолго думая, я распахнула дверь своей примерочной и словно со стороны услышала собственный голос:

– У меня двенадцатый размер, – сказала я продавцу.

Продавец испугался. Наверное, его можно понять. Но все равно.

– И чем вам плох двенадцатый размер?

– Ничем! – воскликнул продавец в панике. – Совсем ничем. Я только хотел сказать…

– Вы что, хотите сказать, что женщина двенадцатого размера – толстая? – наступала я.

– Нет, что вы! Вы меня неправильно поняли. Я имел в виду…

– Между прочим, двенадцатый – это размер среднестатистической американки, – заявила я. Недавно я прочитала об этом в журнале «Пипл». – И вы хотите сказать, что все мы не средние, а толстые?

– Нет, нет, я совсем не это имел в виду. Я…

Дверь соседней примерочной открылась, и я впервые увидела обладательницу бурундучьего голоса. Она была примерно того же возраста, что и ребята, с которыми я работаю. У нее не только голос похож на бурундучий. Она сама была чем-то похожа на бурундука. Ну, вы понимаете. Маленькая, худенькая, остроносенькая. Такая маленькая, что девушка нормальных размеров запросто может засунуть ее в карман.