— Какое отношение имеет Билл к твоему визиту? — настороженно спросила Кейтлин.

— У нас общие деловые интересы. — Взгляд у Флинна сделался холодным.

— Что это за дела?

— Не догадываешься?

Ужасная мысль пронзила Кейтлин. Настолько ужасная, что она отказывалась этому верить. Она с трудом поборола дрожь и ответила:

— Мне не до загадок.

— Замечательно. В таком случае не стану мучить тебя неопределенностью. Я приехал переговорить с Биллом Силли о закладной на твое ранчо.

— И как на это смотрит Билл? — Глаза Кейтлин выдавали ее тревогу.

— Когда в последний раз ты вносила плату, Кейтлин?

— Тебя это не должно касаться.

— Должно. Так когда это было?

— Два месяца назад… может быть, три, — неуверенно ответила девушка.

— Это — долгая просрочка.

— Знаю и стараюсь платить Биллу вовремя, но дело в том, что… — Она запнулась.

— Продолжай.

— У меня возникли сложности.

— Какие же? — осведомился Флинн, вопросительно приподняв бровь.

— После папиной смерти… — Кейтлин вдруг пришло в голову, что она вовсе не обязана рассказывать Флинну, как плохо отец вел дела, в результате чего после его смерти она осталась разоренной наследницей. Зачем Флинну знать о том, что ситуация усложняется с каждым днем? — Тебе это неинтересно, — безразличным тоном сказала она.

Но Флинна такой ответ не обескуражил.

— Тогда я не стал бы спрашивать, — возразил он.

Кейтлин поняла, что ее упорное нежелание что-либо объяснять приведет лишь к тому, что он станет и дальше изводить ее вопросами. Почему-то ему важно знать ответ.

Она оглядела комнату, с болью отмечая то, чего раньше не видела: криво висящая картина на стене, паутина на потолке, ваза с засохшими цветами. При маме подобная запущенность была бы немыслима.