– У-гу,– согласилась Мэгги.– Я бегло просмотрела отчет перед тем, как уйти из конторы. Там довольно немного точных фактов.

– Мягко стелят,– фыркнул Джеймс.– Если бы сотрудник моего штата сделал такую халтуру, то она стала бы последним его делом у меня на службе.

Мэгги почувствовала, как от его непреклонного тона холодок тревоги прошел по ее спине. Джеймс показывал себя с лучшей стороны в различных ситуациях и требовал того же от своего окружения. Распространялась ли его гонка за совершенством на личную жизнь? Ждал ли он опытной любовницы? И бросит ли он ее, обнаружив, что она не такая? Она выпила еще здоровенный глоток напитка, чтобы утопить тревожную мысль.

– Хотелось бы знать, что ты думаешь о тех идеях, что Паттерсоны высказали на встрече сегодня утром?

– Хорошо...

– Точнее,– сказал Джеймс сухо.

– Я не хочу быть несправедливой...– Мэгги задумчиво потягивала напиток.– Но...

– Но – что? У тебя потрясающая способность видеть людей такими, какие они есть на самом деле, а не такими, какими они кажутся. Обычно,– добавил он.

– На самом деле Паттерсонам не нужен тот тип дома, который ты спланировал. Они хотят иметь возможность сказать, что Джеймс Монтгомери был их архитектором. Мистер Паттерсон всю свою жизнь много и тяжело работал, и его теперешнее богатство побуждает его предоставлять своей жене самое лучшее. И самое лучшее – это ты.

– Спасибо,– ухмыльнулся Джеймс.

– Но эта работа не для них.– Мэгги пыталась найти слова, чтобы объяснить свое впечатление.– Они приехали пораньше, и я разговаривала с миссис Паттерсон, пока тебя не было. У меня такое впечатление, что в ту же минуту, когда ты закончишь строительство дома, она утопит интерьер в ситце.

– О Господи, нет!– Джеймс выглядел испуганным.– Ситец?

– Х-мм,– Мэгги отхлебнула виски, чтобы запить смех.– Ситец, пыльные шторы, антимакассаровые клетчатые шторы на окнах.