— И что же заставило вас отправиться в путь?

— Грета прислала мне вот эту фотографию.

Девушка порылась в сумке в поисках фото, которое она всегда носила с собой как талисман с того самого дня, когда обнаружила письмо от Греты среди рождественских открыток.

Она достала фотографию, которая лежала в паспорте, и вновь посмотрела на нее в полутьме кабины. Грета и Джим, оба счастливые, улыбающиеся, сидели в лодке ярким солнечным днем. Ветер взъерошил им волосы, они щурились от яркого солнца. Море было фантастического бирюзового цвета, а небо — ярко-синее.

Она подала карточку Клайду, который неожиданно вздрогнул, взглянув на нее. Но Мелани ничего не заметила. Она вспомнила о том, какое у нее было ужасное настроение в тот день, когда пришло письмо от двоюродной сестры.

— Конечно, это обычная любительская фотография, — сказала она, — но я увидела ее в отвратительный декабрьский день. Моросил дождь, все было таким мокрым, серым, унылым.

— Да, могу себе представить, что австралийский пейзаж показался вам более привлекательным, — произнес Клайд каким-то странным тоном, возвращая ей фото.

— Может быть, если бы письмо пришло в солнечную, морозную погоду, эта фотография не произвела бы на меня такого впечатления, — задумчиво проговорила Мелани. Все на ней было таким выпуклым, осязаемым! Она как будто кожей чувствовала солнечное тепло, вдыхала свежий, соленый запах моря. — Я всегда была городской жительницей, но когда увидела все это, мне вдруг захотелось оказаться там, с ними.

Ей действительно ужасно хотелось оставить уныние позади, забыть о работе и о Сомсе, забыть обо всем, кроме яркого света и морских брызг на лице.