Все складывается как нельзя лучше. Остается лишь выкроить время, свободное от новой работенки — сопровождать Монику по Нью-Йорку.

— А вы не знаете, в какой комнате я буду спать? — спросила Моника, как только они переступили порог квартиры.

— Нет. А что? — быстро спросил он, не понимая, куда она клонит.

Она взмахнула ресницами.

— Просто хотела узнать, куда поставить чемоданы.

— Не знаю. — Рик повел плечом, разгоняя растущее напряжение. — Может, оставим пока в гостиной?

— Я бы хотела разобрать вещи. — Она подошла к нему вплотную и, заглянув в лицо, спросила: — Вы плохо себя чувствуете?

— Нет. Со мной все в порядке. — Рик зашел в холл и в нерешительности остановился. Он бывал в квартире Микеле много раз, но никогда не заходил дальше гостиной и кухни.

Однако все оказалось очень просто. Кроме спальни хозяина, в квартире была только одна комната с кроватью, а в третьей стоял лишь стол с компьютером.

Рик поставил чемодан между дубовым гардеробом и огромной кроватью с балдахином, повернулся уходить и… столкнулся с Моникой. Она оступилась и потеряла равновесие, и он поддержал ее, схватив за руки чуть выше локтя.

— Извините! — пробормотала она, и ее глаза стали еще больше.

Рик остановился как вкопанный, словно под воздействием гипноза, и молча уставился в бездонную бархатную глубину глаз, опушенных длинными черными ресницами. И вдруг заметил, что по-прежнему держит ее за руки. И поразился, какие у нее твердые мышцы. А он-то думал, что это слабая томная девица!.. Судя по всему, она отлично тренирована.

Да она в куда лучшей форме, чем он!

Рик отпустил руки, но не двинулся с места. Моника тоже стояла не шелохнувшись. И пару секунд они так и стояли молча, пристально глядя друг другу в глаза.

Наконец Рик отступил и буркнул:

— Пойду принесу второй чемодан.

— Вы вернетесь?

— Конечно. — Он пошел к двери. — А вы разбирайте вещи и ложитесь отдохнуть. Я оставлю чемодан у двери.