— Я тоже пью без сахара.

— Мне кажется, я понимаю, почему вы решили стать адвокатом, — протянул он.

Держи себя уверенно и легко, Адам.

Она изумленно посмотрела на него, отодвинулась подальше и начала помешивать кофе.

— Ну и почему же?

— Потому что у вас не было шансов стать официанткой. — Он улыбнулся, ожидая ее реакцию, и был вознагражден.

Она рассмеялась. Ее смех звучал как серебряный колокольчик.

— Вы угадали, — ответила она. — Это моя тайная трагедия. Я не умею подавать кофе. Она улыбнулась, потом вздохнула, и в ее глазах снова появилось испуганное выражение.

Нет, «испуг» — неподходящее слово. Страх, грусть, горе? Что произошло с очаровательным адвокатом? Но разве тебя это касается? — подумал он. Личная жизнь этой женщины не имеет к тебе никакого отношения. Если она нервничает, значит, у нее проблемы, а ты воспользуйся этим, чтобы взять верх, добиться победы.

Внезапно его настороженность и затаенная враждебность вернулись с новой силой, и притяжение, возникшее между ними, испарилось без следа.

— Где Фонтэйны? — спросил он. — Разве они не должны прийти сюда? И где Шерри? Мисс Джонс, я жду вашего ответа.

Адам вдруг сообразил, что сделал неверный ход. Зачем он так быстро набросился на нее, едва познакомившись? Его крошке Эми всего четырнадцать месяцев, но он рисковал потерять ее уже в четвертый раз. А сейчас он утратил контроль над собой вместо того, чтобы завоевать ее симпатию.

Адвокат пересела в кресло за письменным столом. Адам подошел к ней и стал смотреть на нее сверху вниз, совершенно не думая о том, что она чувствует себя неуютно, когда он вот так нависает над ней.

— Ваше письмо было слишком кратким. В нем не содержалось никакой информации. Все, что я знаю: вы защищаете интересы родителей Шерри, а они требуют опеки над моей дочерью. Мне нужны подробности. — Он постарался вложить в свои слова как можно больше требовательности.