Июль, 1876 год

В доме стояла благодатная тишина, но вдруг двери парадного хлопнули и в коридоре раздались тяжелые шаги хозяина. Все в его облике, начиная от усталого, раздраженного взгляда до медлительной походки, говорило об отвратительном расположении духа. Слуги рассыпались кто куда в надежде переждать плохое настроение мистера Джейка и не попадаться ему под горячую руку.

… Для Джейка Филдинга самым приятным моментом в путешествиях было возвращение домой. Будучи человеком неугомонным, он не мог долго сидеть на одном месте и предпочитал кочевой образ жизни. Филдинг, бывало, месяцами странствовал по свету, но тем сладостнее оказывалось возвращение в родной дом, где всегда можно поесть за покрытым белоснежной скатертью столом, выспаться в уютной чистой постели, посидеть жарким полднем на ухоженной лужайке в тени раскидистого дерева, потягивая виски и слушая местные сплетни. В такие минуты он мнил себя счастливейшим из смертных – ведь он познал и мятежную свободу странствий, и безграничный покой родного очага.

Всякий раз, подъезжая к родному поместью после долгого путешествия, при одном только виде знакомых холмов и извилистых прохладных ручьев он с замирающим сердцем радостно улыбался. Да, лучшее, что есть в жизни, – это дом, а точнее, возвращение домой. Так было всегда… Но в этот раз…

Да, похоже, в этот раз возвращение в отчий дом нельзя назвать счастливым. Невероятная, возмутительная новость потрясла Джейка до глубины души…

Дэниел Филдинг работал в своем кабинете. Услышав знакомые шаги, он поднялся из-за стола и пружинистой походкой пошел навстречу брату. Глаза его светились радостью.

– Здравствуй, брат. Я так и знал, что ты сегодня приедешь. Уж что-что, а вечеринку ты никогда не пропустишь, верно? Наверное, за версту унюхал запах божественного чили Рио.

Джейк стоял в дверях – весь в пыли, небритый. Недобрый взгляд темно-зеленых глаз предвещал бурю.