– И что? – вытаращилась Лена. – Мишаня согласен?

– Ты, Лена, больная на всю голову! – со вздохом констатировала Анфиска. – Ну кто на такое согласится?

– А тогда как?

– А тогда обыкновенно, как у всех любовников делается – чтоб никто и ничего не знал, Мишаня будет пребывать в сладостном неведении, ну? Поняла? – пояснила Анфиска. – Только тут еще и за деньги. Деньги, конечно же, получу я, как мать. Представляешь, какая благородная миссия! Мы рожаем ребеночка, да не какого-то из пробирки, а нормальненького, сильного, по старинке, а денюжки, которые Мишаня собрал на операцию, забираю я! И все счастливы. Здорово?

– То есть… Мишаня тоже счастлив, да? – как-то не верилось Лене.

– Если ты ему ничего не скажешь – да! Он горд! Он рад! Он смело может писать завещание! – уже грозно посматривала на подругу Анфиска. – Ну? Уяснила? Ой, до чего ж ты, Лебедева, тупая!

Лена не была тупой, просто она никак не могла поверить, что Анфиска отважится на такой серьезный обман.

– А… а он же узнает, что деньги в больницу не попали, – вспомнила она.

– Не узнает. Я вообще буду лежать не здесь, найду местечко подальше и – привет! Это только мелкие вопросы.

– А если он с тобой захочет?

– Ты совсем, что ли, Лебедева? Кто ж его положит с роженицей?! И потом… я буду негодовать! А мне нельзя, он же понимает! И еще… А деньги кто будет зарабатывать? Слушай, Лебедева, ты хочешь моего полнейшего счастья? Тогда помогай! Я б и без тебя все это провернула, но… одной не потянуть, не осилить, так что… Я буду подбирать кавалеров, а потом… Потом мы кастинг устроим, прямо у тебя. Скажем, что ты именинница, всех пригласим и… короче, ты меня поддерживаешь, да? Я так и знала! Ну все, я побежала, а то мне еще газетку про знакомства надо купить. Пока! Чмоки-чмоки!

И Анфиска улетела так же, как и принеслась – шумно и в одно мгновение.

– Какой ужас… – вздохнула Лена. – И как это… такой обман… ребеночек родится, а потом Мишаня узнает, что это не его…