— Не подскажете, как называется ваша деревня, — спросил я для того, чтобы завязать разговор.

— Ивановка, сударь.

Дальше следовало спросить: «А нет ли у вас водицы, испить, а то так есть хочется, что переночевать негде».

Но ничего такого я не сказал, выдержал паузу, как будто оценивал сообщение.

— Кажись, вы заплутали? — поинтересовался старик, с любопытством разглядывая меня.

— Похоже, что заплутал. Ну, спасибо, пойду дальше.

— Куда же вы на ночь глядя, зайдите в избу, гостем будете.

Я не заставил себя уговаривать и согласился.

— Куда путь держите? — спросил мужик, когда мы подходили к избе.

Вопрос для меня был очень сложный. Местных названий я не знал и никакой правдоподобной истории загодя не придумал Осталось, как всегда в таких случаях, соврать.

— Мне нужно осмотреть ваш лес, я занимаюсь изучением древесины.

— Как же вы один идете, да еще без ружья и теплых вещей? — удивился он.

— Вещи в реке утонули, у меня лодка перевернулась, — нашелся я.

— Ишь ты, как же это тебя угораздило? — переходя по-свойски на «ты», посочувствовал он — Вроде и ветра не было, и река у нас тихая, без порогов.

Врать очень не хотелось, но, коли сам загнал себя в угол, пришлось:

— Да лодка доброго слова не стоила, плоскодонка, Неловко наклонился над водой и перевернул.

Крестьянин понимающе, чуть насмешливо посмотрел, опознав во мне городского придурка, способного не то, что лодку перевернуть, но и заблудиться в двух осинах.

— Как же ты теперь будешь? — сочувственно спросил он. — Того и гляди, холода ударят, а ты чуть не в исподнем?

— Как-нибудь выкручусь, — пообещал я, — Главная беда — всю еду утопил.

Мужик с сомнением покачал головой, но ничего не сказал Мы вошли в избу. Навстречу нам поднялась с лавки пожилая крестьянка и низко поклонилась. Я поклонился в ответ. Несколько ребятишек в одних рубашонках, увидев чужого человека, юркнули за большую русскую печь.