Эх! Философ из меня никудышный. Я и над словом-то этим стал задумываться лишь в зоне. Там у нас мужик один был, его все так и называли — Философ. Поговорить любил — жуть! Чифирь заварит или анаши курнет и давай байки травить. Жизнь, говорит, кореша, каждому человеку Богом дается для радости, любви и созидания. А человек, гадина неблагодарная, этот дар Божий в полное говно превращает.

Лично для меня вся моя жизнь на какие-то куски делится. Детства почему-то не помню, словно и не было его у меня. Школьные годы растворились в памяти. Их оттеснили события, происшедшие после.

Афганистан. Это, пожалуй, не забывается. Где еще столько мерзости увидишь? Говорят, в испытаниях закаляется характер. Может, оно и так. Только в этих же испытаниях безвозвратно грубеет душа.

Зона. Огрубевшая душа здесь еще и калечится. Искажается мировоззрение. Затравленность и озлобленность превалируют над всеми другими чувствами. Мир видится ощетинившимся зверем, готовым исподтишка подкрасться и вцепиться в глотку.

И, наконец, то, что было после зоны.

Итак, 1995 год, июль, Санкт-Петербург.

Глава первая

«АД$КАЯ РАБОТА»

— Сашка, глянь, что за идиотские объявления?! — Я протянул ей газету. — «Ад$кая работа», «рай$кая работа»! А это, смотри — «$пецифиче$кая работа за $ног$шибательный гонорар в $оответ$твии $ вашими $по$обно$тями»! Ублюдки, блин, в натуре!

— Конченные причем, — согласилась со мною Сашка, взглянув на газетную полосу с ярко выраженным безразличием.

На самом деле ей было глубоко наплевать на все объявления во всех газетах мира вместе взятых. Потому как только что мы с ней занимались… Как бы поделикатнее сказать? В общем, трахались как сумасшедшие, презрев примитивные рекомендации «Камасутры». Есть такая книжка для детей дошкольного возраста.

Сашка лежала на огромной кровати, которую я совсем недавно приобрел в фирменном магазине «Корвет», и терлась щекой о шелковую простыню.