Его тело сминало жесткая руку города. Мышцы становились кровавым комком слизи и мяса. Кости – белым песком. Он был в камне по пояс. Волна ужаса захлестнула его, застилая глаза. Он бормотал не то молитву, не то проклятья, но Калинорну было все равно. Он хотел есть. Кровь хлынула потоком из носа и рта, но ни капли не оставалось на земле, вся она уходила вглубь мостовой. Вскоре взошло солнце, робко кинуло лучами на одежду, перепачканную кровью… заплечный мешок и кулон с шеи – серебряная бляха с головой тигра.

А город был голоден… это была не та жертва, не такая… Калинорн обиделся, как ребенок, и небо затянули свинцовые тучи… Утреннее солнце спряталось где-то в глубине серого плаща неба. Дождь барабанил по крышам, бегал по карнизам и хлестал в стены. Пустынные улицы… Одинокая девушка… Ярко-голубые глаза, необычно – седые волосы, и молодое лицо. Губы шепчут что-то, руки ловят капли дождя… Навстречу ей шел красивый человек. Плащ скрывал его лицо и фигуру, но от него веяло странной силой, спокойствием и с тем неутомимостью, жаждой, мечтой. Девушка застыла… по щекам ей катились слезы, вперемешку с дождем… но этот человек в плаще привлек её к себе и тихо сказал:

–Ты плачешь, Лэйя?

–Вы знаете мое имя?…– девушка удивленно заглянула в глаза, поблескивавшие в глубине капюшона. Серые, как камни мостовой…

– Я знаю всех, кто живет здесь. Они все принадлежат мне…-Дух Калинорна мягко улыбнулся и погладил девушку по мокрым волосам, – Я знаю всё… Всё…

Голос этого человека? Существа? Лэйя не знала…кто это, но понимала, что он может сделать её счастливой, а может разрушить остатки её хрупкого, маленького мира. Дух города обнял её за плечи и повел куда-то. Они шли час? Два? День? Вечность?… Но перед глазами Лэйи встала огромная белая башня… камни были гладкие и холодные, холодом от нее веяло за несколько метров. Ослепительная белизна, казалось, излучала свет. И… вдруг…башня оканчивалась черным шпилем, окутанным Тьмой.