– Есть.
– Доложить курс, скорость корабля…
Ударный вертолет Сикорский-59
Драгун – один
Приземистые палубные тягачи, каждый из которых был по пояс взрослому человеку – один за другим сноровисто вытащили на исходные четыре транспортно – ударных вертолета Сикорского. Североамериканские, на которых гости прилетели на вечеринку – один за другим спустили на вторую палубу, североамериканский морской флот получит их позже. В это же время, когда вниз отправляли североамериканские вертолеты – вверх, по одному поднимали русские. Нельзя было допустить, чтобы японцы и особенно англичане по изменению радиолокационного изображения корабля поняли, что готовится десантная операция.
Дон Мануэль Альварадо не был таким уж неуловимым. Просто кто-то сильно помогал ему – быть неуловимым.
Бойцы в черном русском обмундировании и с русским оружием – сноровисто грузились в десантные отсеки Сикорских.
– Вышка – контроль, я группа Драгун, запрашиваю разрешения на взлет в секторе Восток. Позиции с третьей по шестую вертолетные, позывные с Драгуна – один по Драгун четыре. – запросил Сабаашвили взлета на всю группу разом.
– Драгун, вам разрешен взлет в секторе Восток, сектор свободен. Ветер встречный, десять метров в секунду.
– Вышка, вас понял, взлетаю…
Майор по адмиралтейству Сабашвили, грузин, который променял горы на водную гладь и стальную палубу авианосца под ногами – двинул вперед рукоять управления тягой, наращивая отдачу турбин, но плавно. Взлетать на авианосце – это тоже искусство, над океаном очень резкие и непредсказуемые ветры, могут даже сбросить машину с летной палубы. Тем более – без контрольного висения, что с двигателем или порыв ветра сильный – и все, как минимум тяжелое летное происшествие.
– Тяга шестьдесят. Шестьдесят пять. Температура в норме. Семьдесят…
Поймав момент, майор двинул сектор резче – и сработал ручкой управления. Ударный вертолет – как бабочка сорвался с палубы авианосца, на мгновение показалось, что он так и упадет в воду – но нет, несущие винты уверенно врубились в воздух и понесли вертолет вперед.