Примерно в то же время, как в двадцати милях от Герефорда шел нелегкий разговор о том, что произошло в окрестностях Нью-Йорка и чем все это может закончиться – огромный черный Бентли специальной "королевской" серии, которая не поступает в открытую продажу, а производится исключительно для гаража Их Императорских Величеств – свернул с основной дороги на небольшую, двухполосную, но ухоженную, проходящую по национальному парку и ведущую прямиком в Четсворт-Хаус, летнее поместье герцогов Девонширских. Это поместье было одним из немногих, которые использовали для отдыха и временного пребывания члены Виндзорской династии.

На заднем сидении Бентли сидел среднего роста, худой, узколицый, чисто выбритый человек в отличном костюме из серой шерсти с фамильным гербом, вышитым золотистыми нитями на правом кармане, как раз напротив сердца. Если бы этот человек не сидел в Бентли, а просто повстречался бы вам на улице в простой одежде – вы бы приняли его за бухгалтера, коммивояжера, мелкого правительственного чиновника – но никак не за Принца Уэльского, наследника Виндзорской династии, кем он являлся на самом деле. Это и в самом деле был принц Уэльский, наследник престола и шеф Валлийского гвардейского полка. Хотя, если бы ему кто-нибудь предложил ему поменяться местами с бухгалтером, коммивояжером или мелким правительственным чиновником, особенно сейчас, в этот день – он, не задумываясь, согласился бы.