На другой стороне, в зоне прилета – ситуация изменилась с точностью до наоборот, здесь из моря раздраженного ожидания я попал в океан любви, радости, диких по германским меркам возгласов. Приехавших здесь было принято встречать всей семьей, с радостными объятьями, возгласами на весь зал и даже с тортами и сладостями. Мне, как "немцу", все это чуждо – поэтому я, подозрительно и неодобрительно оглядываясь по сторонам, проследовал туда, куда указывала стрелка с понятной на многих языках надписью Taxi. По дороге задержался у киоска и купил подробный путеводитель по Риму с картой городских районов.

Так, на всякий случай. И еще я поменял рейхсмарки на лиры, лучше сделать это сейчас, в аэропорту.

– Taxi, per favore – сказал я служителю на стоянке, важному как петух и одетому в какой-то вариант формы. Итальянцы относились к тем нациям, которые просто обожают форму – хоть какую.

Служитель замахал палкой – и к пандусу подкатило такси.

Боже…

Фиат, настолько старый… ему, наверное, лет двадцать, не меньше – это потом я с удивлением узнал, что эти машины выпускаются специально для такси и поныне. Желтый, каким обычно и бывают такси, побитый – причем нельзя сказать, что он попадал в какую-то серьезную аварию, но по бокам то тут, то там небольшие вмятины и царапины, одна фара треснута. По сравнению с берлинскими и женевскими Мерседесами – выглядит, мягко говоря, уныло.

Сразу вспомнилась история банкротства русского Фиата… они в Москве работали с пятнадцатого года и поначалу успешно – но потом разорились, не выдержав конкуренции с нижегородским Фордом и аксайским Доджем… все-таки Россия это не Италия, мы любим машины большие, солидные, крепкие. Банкротство было скандальное… дело дошло до Правительствующего Сената, причем при разбирательстве так и не смогли разобраться, кто больше разворовал, русские или итальянцы. Ладно…

– Una pension – объяснил я таксисту, молодому и похожему на турка или араба по-итальянски и добавил по-немецки, которым я владел вполне свободно – Ich bitte mir die Pension nehmen. Gute pension{Прошу отвезти меня в пансионат (нем.)}.