Когда я успел допить кофе – отчего-то я был уверен, что меня сфотографировали и не раз – ко мне вышел человек, пожилой, в костюме, явно шитом на заказ – неброском, но дорогом. Лысина, очки в роговой оправе, типичный ученый.

– Виктор Чезаре… – заявил он, протягивая руку – с кем имею честь?

Не аристократ. Ученый, занимающийся изучением связей аристократии, есть такие чудаки, которые посвящают этому всю свою жизнь. Мне это кажется глупым – зачем изучать чужие жизни, когда можно заниматься своей.

– Князь Александр Воронцов, вице – адмирал Российского Его Императорского Величества Флота, потомственный член Санкт-Петербургского дворянского собрания – отрекомендовался я.

Я решил здесь называться своим именем, а не именем герра Юлиуса Бааде. В конце концов – я не делаю ничего плохого, а если мою биографию начнут проверять – то это им ничего не даст. Дворянство они сумеют установить, а дальше – наткнутся на легенду.

– Вы из русского дворянства, синьор – было видно, что синьор Чезаре образован – очень рад, очень рад. Ваши представители нечасто удостаивают нас своими визитами, скажем так.

Ну… если бы в свое время итальянская эскадра во главе с двумя линкорами не пыталась прорваться в Черное море – может быть, все было бы иначе. Спасло – и нас, и итальянцев – то, что они шли второй волной, за англичанами. Услышав о разгроме британской эскадры и гибели трех линейных кораблей последнего поколения – они повернули назад. Это было весьма кстати – потому что после того боя с британскими линкорами – остановить еще два, причем технически более совершенных, чем британские – мы не смогли бы. Таким образом – итальянцы оказали услугу и себе, и нам, вовремя выйдя из боя.