–Нет. Даже если это не блеф, мы возьмём на себя риск. Дракон, по крайней мере, не сможет поработить наши души. Он только чудовище. Вы – это глубинное зло. Мы победили вас, победим и Дракона.

«О, слепцы! Неужели они до сих пор верят, что это Дракон уничтожил полмира тогда?!» – Линт с горечью вспомнил отчаяные битвы тех лет, их последнюю надежду – Дракона… Их поражение…

Но он промолчал. Некоторое время тяжёлое молчание не прерывал никто, затем прозвучал голос Доркина:

–Надеюсь тебе удастся, Дарий. От всего сердца на это надеюсь.

Прощай.

–Прощайте.

–Итак, Откарт, мы испытали и твою идею. Есть ли хоть один среди нас, кто всё ещё не уверен?

–Нет.

Доркин вздохнул.

–Тогда простимся.

Они подошли и поочерёдно обняли друг-друга. «Что будет после смерти?…» – невольно спросил себя Линт, но пресёк бесполезные мысли. Ему предстояло самое сложное колдовство в жизни. Вызов.

–Шестеро смертных уходят, открывая путь в мир для одного бессмертного… – тихо сказал он. Остальные промолчали. Пару минут они смотрели в глаза друг-другу, а затем, так же молча, встали в вершины гексаграммы. Доркин вступил в центр фигуры, по его мантии пробежали огни. Длинные руки мага скрестились над головой.

–Аметист!

Сияние сгустилось, как бы впитывая всю неизмеримую мощь магического портала в небольшую точку. Это продолжалось почти час, но никто даже не шевельнулся. Наконец, над ладонью Доркина вспыхнула рубиновая звезда, превратившись в маленький кристалл. Маги покинули прекратившую сиять гексаграмму.

Отныне она была только рисунком на мраморе, не большим. Вся Сила, дававшая энергию Башне, защитным заклинаниям, мощным бастионам вокруг крепости, была сжата в точку, пылавшую сейчас над холодным, как лёд, металлом шестиугольного стола с единственной ножкой, выполненной как уходящая в скалы могучая лапа дракона. Линт занял свой трон, его друзья поступили так же.