Есть Тамаре было нечего. Спать - это проще, в рюкзаке имеется пенка. Потому интерес Тамары к огородам был неслучайным. Есть-то хотелось.

По улице, приятно чистой, выложенной каменными плитами, брел человек в спецовке. Обычный такой человек, под хмельком, бледный, жидковолосый, ничего особенного.

Администрация у вас где? - осведомилась у него Тамара.

Кушать нечего, спать негде - пусть администрация и заботится, для того она и существует. Или что у них тут? Барин? Тоже сгодится.

В общем, скалолазы нигде не пропадут.

- На площади увидишь, - благожелательно, но рассеянно ответствовал рабочий и побрел дальше.

- По флагу найду, что ли? - буркнула Тамара ему в спину.

Она привыкла, что мужчины не обращают на нее внимания, ибо не на что обращать-то - но мог бы из любопытства глянуть!

На маленькой площади в окружении магазинчиков стоял серый казенный дом. Над крыльцом трепетал красный флаг. Ну, надо же!

В администрации поселка - кстати, назывался он без затей "Угольные копи" - было безлюдно.

- Я новая, с Изнанки, - чувствуя себя полной дурой, доложила Тамара. - К кому мне?

Старичок поправил квадратные очки, вгляделся.

- С Изнанки! - радостно согласился он. - Есть, поди, хочешь?

Тамара угрюмо набычилась - чего смешного-то?

Вахтер шустро проковылял к железному ящику, украшенному причудливой ковкой, приподнял крышку, шевеля губами, достал оттуда монеты.

- На обустройство, - сунул он монеты Тамаре. - А захочешь насчет работы узнать, подожди, пока старшина из замка вернется. Он скоро подойдет - ежели, конечно, его там не спалят.

- А расписаться где?

Старичок охотно рассмеялся аж задребезжал от смеха.

- Надо же, ты и писать умеешь? - веселился он. - А на кой мне твоя подпись? Только бумагу замараешь. Уж я лучше на той бумажке любовную писульку своей старушке черкну! Вдруг смягчится нравом?