— Дженни, возвращайся к лошадям и жди.

Она вздрогнула и сжалась, но когда ответила, в тихом голоске звучала сталь:

— Милорд, мне нужно их видеть.

Так с Джеральдом де Райнором женщины не разговаривали, так с ним вообще никто не разговаривал, даже король. Джеральд пожал плечами и пошел дальше.

Они выбрались из леса у самой скалы, о которой говорили разведчики. Вскарабкаться наверх особого труда не составляло. Для рыцаря, не для девчонки. Герцог, по своему обыкновению, хмыкнул и достал веревку.

— Привяжи к поясу.

Она очень серьезно кивнула, но завязать приличный узел у нее не вышло. Джеральд отстранил исцарапанную ручонку.

— Я сам.

Дженни не спорила, просто смотрела, как он прикрепляет веревку к кожаному солдатскому поясу.

— Вперед!

Он шел первым, стараясь подниматься помедленней. Скала, на которую они взбирались, была раз в десять выше человеческого роста. Эдакий клык, оброненный у самой дороги забывчивым чудищем. Лезть на самый верх смысла не имело, и Джеральд облюбовал небольшую площадку, на краю которой громоздилось несколько здоровенных камней. Хорошее укрытие, сам бы он им и ограничился — гномы не имеют обыкновения пялиться вверх, но девчонка могла высунуться. Рыцарь безжалостно обломал вцепившийся в склон куст и натыкал веток между валунами. Теперь даже он сам, окажись внизу, не заподозрил бы, что на скале кто-то сидит.

Покончив с ветками, де Райнор глянул на большак и сразу заприметил длинную пылевую тучу. За час ублюдки доползут до скалы. Ничего, подождем! Джеральд с сомнением посмотрел на растрескавшийся камень, сбросил куртку, расстелил. От него не убудет проваляться пару часов на камнях, но женщине это не пристало.