Матини не был таким болваном, чтобы прятать деньги в ванной. Взглянув на часы, я увидел, что прошло двадцать минут с тех пор, как я ушел из гриль-бара, где он поглощал свой обед. Я почти совсем не беспокоился, что Матини может вернуться домой и застать меня. Но все же решил убраться побыстрее. Уничтожив следы своего посещения, я подошел к телефону, чтобы еще раз посмотреть на номер. Я рассчитывал, что он мне может пригодиться позднее. Не успел я наклониться, как телефон зазвонил. От неожиданности я вздрогнул. Телефон продолжал звонить. Множество мыслей промелькнуло в моей голове. Остановившись на том, что, возможно, этот звонок как-то связан с деньгами, я снял трубку. Держа ее на некотором расстоянии, я тихо произнес:

- Алло!

Никто ничего не сказал в ответ, и я даже не слышал, чтобы кто-то дышал в трубку. "Кто-то ошибся номером", - подумал я. Но в этот момент бесцветный мужской голос, заглушаемый каким-то отдаленным рокотом, спросил:

- 23-2459?

Это был номер Матини.

- Да, - тихо ответил я.

Немного помолчав, тот же мужской голос продолжил:

- Три-ноль-шесть, четыре-два.

После этого раздался щелчок и последовали гудки.

"Отлично", - решил я и повесил трубку. Повторив номер пару раз про себя, я задумался: "Я - тупица: даже не спросил его имени. Так я никогда не доберусь до долларов Матини. Правда, этот, похоже, тоже не отличается большим умом; даже не поинтересовался, с кем говорит".

Протерев телефонную трубку, я поспешил убраться восвояси.

Вновь очутившись на 8-й авеню, я чуть не столкнулся с парнем, раздававшим листовки. Тот предложил мне:

- Возьмите листовку, сэр, для спасения вашей души.

В принципе я не возражал против спасения своей души, и, положив ее в карман, продолжал свой путь. Подойдя к окну гриль-бара, я убедился, что Матини все еще был там. Мне ничего не оставалось, как пересечь железную дорогу Лонг-Айленда по подземному переходу и вернуться к себе в гостиницу. Пришло время самому пообедать и выпить немного. Гостиница была не из дешевых, но я любил красиво пожить, когда позволяли средства.