Это было обычное рабочее утро, не сулившее никаких сюрпризов. Солнышко уже светит, но еще не греет. Свежий майский ветерок весело гуляет по салону, врываясь в приоткрытое окно; и даже пробки и заторы были в это утро самыми заурядными, привычными и почти нераздражающими. Сюрпризы начались со звонком Верочки — помощницы и секретаря.

— Доброе утро, Роман Михайлович. Вы уже приехали или еще едете?

Хороший вопрос. Особенно в такой формулировке. Такой вопрос может означать все что угодно, — от всемирного потопа до завалившейся за плинтус скрепки; а тот, кто его задает, имеет одну цель — подготовить спрашиваемого к той информации, которую ему сейчас предстоит получить.

— Привет, Вера. Я буду через десять минут. Что там у тебя приключилось?

— Через десять минут? А… Десять минут я потерплю.

И отбой. В последовавшие за этим звонком минуты Роману Михайловичу Лобову, 45 лет от роду, владельцу и директору небольшой консалтинговой фирмы, стало казаться, что сидит он не в удобном кресле своего автомобиля, а на раскаленной сковородке.

— Что у вас приключилось, Вера? — выпалил Лобов, влетая в свой офис.

— У меня? — Вера сделала круглые глаза. — У меня ничего не приключилось. А что вы знаете о… — Она перевернула листок на перекидном календаре и прочитала:…«South Caucasus Telecommunications»?

— Ничего не знаю. Да не томите Вера, говорите толком.

— А кто такой Шадикян Александр Мовсесович, тоже не знаете?

— Нет, не знаю. Вера!