— Я же вступил в армию. Там трудно разобрать: кто прав, кто виноват. Но на людей напали. Их имущество, которое они зарабатывали все эти годы потом и кровью, даже их жизни находятся под угрозой. Если мы не остановим конфликт на ранней стадии, может быть совсем плохо. Вспомните дело Алериона.

Джерин улыбнулся.

— Что мне напоминать его, сынок. Я сам участвовал в этом деле. — Улыбка его погасла. — Но ты прав. Мы должны помнить уроки истории.

Он осушил стакан и снова направился к бару.

— Тебе налить еще?

— Нет, благодарю, — Конвей подыскивал слова. — Капитан, в вашем назначении есть резон. Предположили, что наксанцы неожиданно нападут и захватят Иштар. Там значительные ресурсы. А кроме того Иштар будет прекрасной базой для Накса.

— Ты действительно думаешь так? Я получил приказ основать базу Наблюдения для предотвращения отдаленной, но все же существующей возможности того, что действия переместятся в этот район космоса.

Конвей кивнул.

— Да, и кроме вас никто не сможет этого сделать. А когда работа будет закончена, вы, несомненно, получите назначение на фронт. Если, конечно, война к тому времени не кончится.

Джерин снова рассмеялся.

— О, ты знаешь, как успокоить серьезного человека.

Благодарю. — Он вернулся в кресло. — Эти наксанцы отважны и умны.

Думаю, что война продлится еще долго.

— Надеюсь, что нет.

— Естественно. — Джерин помолчал, а затем добавил:

— Ты понимаешь, что я хочу сделать все, чтобы покончить с этим. Я считаю, что наши функции — это поддержание мира во Вселенской Федерации. Скажи мне, почему там, на Иштаре, против войны? Многие интеллектуалы Вселенной, поддерживающие Землю, на нашей стороне.

Конвей сделал глоток.

— Боюсь что здесь, вдали от Иштара, мои доводы покажутся нереальными. — Он наклонился вперед. — В основном наши убеждения основаны на том материале, который поступает к нам извне. И они сложились до того, как началась война. Письма, магнитные ленты, беседы с теми, кто прибывает к нам — и Люди, живущие на Иштаре, пришли к убеждению, что война — это катастрофа для всей планеты.