— Увы, — невесело улыбнулась Белка. — Каждый раз, когда сюда приходят новички, это повторяется с точностью до последнего слова. Все десять лет, что я достиг совершеннолетия. Я даже специально откладываю остальные дела, потому что больше суток не выдерживает никто — обязательно прокрадываются к дверям, царапаются, скребутся, зовут и просят пару минут для личного разговора. С цветами, подарками, стихами и даже собственными штанами в одной руке. Кто поумнее — быстро уходят, самым дурным я ломаю руки и головы. Тех, кто совсем идиот и пробует действовать силой, приходится обездвиживать и вышвыривать обратно за Хребет, потому что такие болваны нам тут не нужны. Даже мои парни не исключение: все хотя бы по разу попытали счастья. Но, слава богам, они уже малость остыли и запомнили, чего нельзя делать ни при каких условиях. Даже Адвик привык и больше не напрашивается: все-таки я не зря их последние пять лет гоняю. С остальными до сих пор ведется позиционная война с переменным успехом, а чаще хранится вооруженный до зубов нейтралитет. Но, как ни странно, с тобой оказалось проще всего: мы уже разогрелись, битый час сидим в темноте, одни, а ты до сих пор не распустил руки. Так что спасибо. Поверь, такое бывает крайне редко, а я ОЧЕНЬ ценю в мужчинах сдержанность.

— Боги… — Элиар посмотрел совсем беспомощно, а затем наткнулся на ее сочувствующий взгляд и неожиданно прозрел. — Это что, магия? Какой-то амулет? Аура?

— Не совсем. Ты же знаешь, я — не маг, ауры нормальной не имею. Даже более того: рядом со мной большинство заклятий теряют силу, а некоторые вообще разрушаются. Просто в силу некоторых обстоятельств я… скажем так, нравлюсь мужчинам. Очень нравлюсь, если точнее; независимо от возраста, цвета глаз и длины ушей.

— Нравишься — не то слово, — пробормотал эльф, старательно загоняя вглубь неуместные эмоции.

— Точно. Как вкусная приманка на ниточке, которую уже подвесили под самым носом — только схвати.