- Там живут мои друзья.

- Которых вы покидаете, минуя дверь?!.

- Разве есть указ, запрещающий это?

- Кто тебя послал, шпион?! - Рука, держащая кинжал, нетерпеливо дернулась, клинок скользнул в сторону, оставив на теле Себастьяна неглубокий, но болезненный след.- Отвечай! Или я прирежу тебя, как собаку!

Наверху стукнула дверь. Послышался голос Киора.

- Отличная, отличная погода, Гален... Небо плачет по нам!

Напавший свистнул. Киор перегнулся через перила, вгляделся.

- Это вы, Голох?

- Впустите нас,- сказал дон Кристобаль.

Камачо, альгвасил (постфактум)

Сквозь рваные тучи проглянула луна. Священник с мальчиком-служкой, несшим святые дары, возвращался от умирающего.

- Самая что ни на есть бесовская погода. Того и гляди свалишься в грязь,- бормотал он, неловко ступая между лужами.

Словно в подтверждение этих слов, мальчик споткнулся. Священник замахнулся, собираясь наградить его подзатыльником, но вместо этого охнул и схватился за вышитый на груди крест. Из канавы торчала человеческая нога.

Укрепив свои силы короткой молитвой, они вытащили тело на дорогу. Священник полез к нему за мундир послушать, не бьется ли сердце. Сердце молчало, но рука наткнулась на сложенный вчетверо намокший листок бумаги. Священник развернул его и долго вертел перед глазами, подставляя тощему лунному свету корявые строчки...

Голох, он же чиновник инквизиции

- Помогите связать его,- сказал дон Кристобаль, вталкивая шута в комнату.

Лицо Галена вытянулось.

- Этот человек обещал устроить нам аудиенцию у короля.

- Вот как? - усмехнулся инквизитор.- Но все равно давайте веревку. Так будет надежнее.

- Лучше веревка, чем этот мерзкий кинжал! - выкрикнул Себастьян.Свяжите же меня в конце концов! Не то он зарежет меня от испуга! Давайте веревку!

- Он недаром ест свой шутовской хлеб,- сказал Киор.

Инквизитор срезал шнур от портьеры, заломил Себастьяну руки за спину. Шут не сопротивлялся.