Ночь сквозь темно-синие стекла на окнах казалась аспидно-блестящей подобно мантии великого инквизитора. Ассоциация, посетившая короля, не была случайной: зависимость от церкви тяготила его величество.

Инквизиция, верная, но ненасытная служанка, вела себя столь требовательно, что Карлос, вынужденный уступать, нередко сам оказывался в унизительно -подчиненном положении. Одна мысль об этом лишала его уверенности и ощущения крепости своей власти.

Он давно уже искал способ поставить великого инквизитора на место. И вот, кажется, такая возможность могла появиться. Летучий яд - хороший козырь не только в борьбе с еретиками. Если все, что рассказывал Диего, правда, его преподобию придется поумерить свой пыл. Ведь кое в чем тогда можно будет обойтись и без инквизиции...

Карлос забрался под одеяло, прикрыл глаза. Представил войну необычную, без крови и разрушений. Представил поверженные без единого выстрела вражеские войска. Представил пустынной Францию, представил пустынной Италию, представил пустынными Нидерланды, Англию, обширные владения арабов и турок.

Перевернулся на другой бок, вздохнул и заснул ровным спокойным сном.

Киор, он же купец Гойкоэчеа (продолжение)

Дон Кристобаль замахнулся... подался вперед, теряя равновесие... упал - в мертвых глазах застыло удивление.

Киор сжимал разрядник, небольшую коробочку с торчащей из нее тонкой трубкой, с такой силой, будто хотел его раздавить. Гален шагнул к нему.

- Наконец-то вы решились! Но почему вы не предупредили меня?!

- Назад! - крикнул Киор, направляя трубку на него; голос Киора дрожал, сам он был весь, как в лихорадке.

На улице зашумели; по потолку заметались отсветы факелов.

- Бежим, будет поздно! - сказал Гален.

- Помогите шуту...

Гален развязал Себастьяна. Шут встал, потирая затекшие руки.

- А теперь идите! Бегите! Быстрее уходите отсюда! - сказал Киор.